А.А.Бурыкин, С.И.Шарина

Материалы по шаманству эвенов Якутии в записях А.Сотавалта

Шаманство эвенов почти не изучено, и поэтому любые материалы, связанные с описанием шаманских обрядов эвенов, и в особенности тексты таких ритуалов, представляют значительный интерес для этнографов и лингвистов. К большому сожалению современных исследователей, ныне почти невозможно фиксировать обрядовые тексты при наблюдении обрядовой практики, поэтому любая запись описания обряда или воспроизведение обрядовых текстов по памяти (эвены называют такое исполнение УалмаФ, подражание) обладают большой ценностью для собирателей и исследователей. Между тем в распоряжении ученых имеются материалы по шаманству булунских эвенов (Якутия), записанные в 1928 г. финским ученым А.Сотавалта от студента отделения народов Севера ЛГУ Гаврила Никитина во время его пребывания в Финляндии. Эти материалы, изданные Финно-угорским обществом в 1978 г.¹, до сих пор не привлекали внимания отечественных специалистов - это выглядит довольно странным при столь ощутимом недостатке материалов по шаманству эвенов, хотя отчасти объясняется сложностями транскрипционной записи текста оригинала, специфическими языковыми особенностями текстов и расхождениями самих текстов с опубликованным немецким переводом, что затрудняет работу с этими текстами даже для специалистов-лингвистов.

Среди разнообразных фольклорных материалов, записанных А.Сотавалта от своего информатора-эвена², представлены один текст камлания, обращенный к верховному божеству, называемому во всех описываемых образцах по-якутски Айыы (текст 1), три описания шаманских ритуалов, в том числе два ритуала, совершаемых женщиной-шаманкой (тексты 2-3), и один отрывок шаманского заклинания, обращенного к духам-хозяевам местностей (текст 7 в указанной публикации). Последний текст, очевидно, не был опознан как обрядовый и помещен в издании среди песен-импровизаций.

Для собственно обрядовых текстов чрезвычайно характерно обращение к духам-хозяевам местностей - гор,. рек, ручьев, в обращении к божеству Айыы содержится призыв к духу-покровителю охоты; из данных текстов явствует, что заметную роль в шаманской практике эвенов играли дух-хозяин жердей юрты и дух-хозяин бубна.

Практически во всех анализируемых текстах отразилось сложное устройство Вселенной, которая, по данным материалам, насчитывает шесть или девять сфер-ступеней. Это сообщение дает дополнительную ценность рассматриваемому источнику, так как обычно вселенная у эвенов делится на три сферы: средний мир - мир людей, верхний мир - мир верховного божества и нижний мир - мир мертвых. В процессе совершения ритуала шаман или шаманка поднимаются из среднего мира (он назван по-якутски Орто-Дойду) вверх, к божеству Айыы, или вниз, в мир злых духов, с целью извлечения оттуда души заболевшего человека (текст 4, описывающий ритуал лечения больного). Уникальным свидетельством для шаманской практики является описание своеобразного обмена - возвращения злого духа, вызвавшего болезнь, в нижний мир, и возвращения души заболевшего человека в мир живых людей.

Язык рассматриваемых текстов представляет особые сложности для понимания и перевода данных текстов. Во-первых, диалект булунских эвенов, как и некоторые другие диалекты западной территории расселения эвенов, недостаточно полно описаны: в материалах А. Сотавалта встречается довольно много диалектных слов и заимствований из якутского языка и отчасти из юкагирского языка, хотя в целом диалект, представленный в текстах, обнаруживает близость к другим эвенским диалектам Арктического побережья Якутии, в частности, к аллаиховскому и нижнеколымскому диалектам. Во-вторых, чрезвычайно детализированная фонетическая запись А.Сотавалта осложняет вочсприятие текста на уровне смысловых единиц: в ней с трудом опознаются слова и грамматические показатели, осложняется и идентификация этих единиц со словами и грамматическими формами других диалектов эвенского языка. В-третьих, сам по себе язык обрядовых текстов является заметно осложненным по сравнению с повествовательными текстами и образцами фольклора других жанров. В обрядовых текстах булунских эвенов средством такого осложнения выступают слова и словосочетания, привнесенные из якутского языка, причем, насколько можно судить, характерные для аналогичных якутских обрядовых текстов (В публикации текстов они выделены курсивом). Яркой особенностью ритуальных текстов являются слова-подражания крику различных птиц, а также возгласы, не имеющие непосредственного значения: УХэруллу, хэруллу, хэруллуФ, дергэл-дергэл-дергэл (ср. впрочем монг. dergel sara Уполная лунаФ) и т.п. Вероятнее всего, такие возгласы либо воспроизводят текст на языке, который не был понятен при заимствовании ритуала, либо, скорее всего, служат имитацией значимых словесных элементов обрядового текста, что наряду с использованием иноязычных элементов характерно для шаманских текстов всех народов Крайнего Северо-Востока.

Материалы по шаманству эвенов, записанные А.Сотавалта, обладают для нас особой ценностью еще и в том отношении, что позволяют составить представление о том, что знали в начале ХХ века эвены о шаманах и их действиях, а также об устройстве мира и связи шаманства с религиозными воззрениями, если они сами не являлись профессиональными или особо искусными шаманами. По опубликованным текстам нетрудно составить представление, что объем знаний о шаманской практике, в частности, о смысле ритуалов и устройстве мира, посещаемого шаманами, был довольно значительным и вполне соизмерим с объемом знаний лучших информаторов наших дней, представляющих наиболее старшее поколение.

В настоящей публикации тексты, записанные А.Сотавалта, передаются в графике, приближенной к действующей эвенской графике, при этом значимые диалектные особенности сохраняются. Перевод текстов выполнен непосредственно с эвенского оригинала в его новой транскрипции. Фрагменты текста в квадратных скобках воспроизводятся так, как они даны в первой публикации, пояснения в круглых скобках принадлежат авторам данной статьи. Настоящее сообщение о материалах, записанных А.Сотавалта, носит предварительный характер и призвано в основном привлечь внимание специалистов к этому ценному и интересному источнику сведений по шаманству эвенов.

Примечания

1. A.Sotavalta. Westlamutische Materialen. Bearbeitet und herausgegeben von Harry Halen. Helsinki, 1978.
2. С.И.Шарина, А.А.Бурыкин. Образцы фольклора булунских эвенов в записях А.Сотавалта. В печати.

Приложение

Тексты, записанные А.Сотавалта от Г.Никитина

2. Хаман олбоктуй тэгэттин (S.37-38).

Анна атикан олбоктуй тэгэттин. Хаман дюллэ толлэ негрэн, тадук игрэн, хухки (хоксив) дептэн [дептэрэн]. Тадук тэгэттэн [тэгэттэрэн]: Иа-иа-иа-иа-иа. Тадук тэхимэн (тэтивэн - авт.) тэтур дер бэй. Тадук унтумэн бор [бордэн]. Тадук хаман аринФкай ипкэнни [ипкэн]: Иа-иа-иа-иа! Унтуму муханни игэлдэли, кинФгэлдэли! КонФкуннахак ква чоралбу мухалтан конФкуннан канФканнан болдэ! Тэбэкчэмур колгалда! Гэ, эр бихни, колли! Кав, иккав, иккав, иккаккав! Коллиди койэли як ибга кэнели бихни! Коллиди оддан. НФэннэм, нФэннэм, бирахаялда. Омэн аринФка ин, эй, эрэ, эрэ, эхэ, эхэ э! Хаман илэ нФэннэй чолойонни. Ирэк катын ахи канайинникан нФэнчэлэн няйанни, ирэк бэгэн бэй матайникан нФэнчэлэн хэкэнэнни!

Тадук айыыла ойчин. ДебэнФэлкэн артаку муханни, анФнФапникан боли! НюнФнФон олокту ойчин, ининФи бэйван ининФикки нФэнуддэм. Ие-ие-ие, хаман илэ нФэнэнни? Эрэк иекэ, минду умили, минду, минду! Этэм бор айыыв хутван! Айкал, айкал, дергэл, дергэл!

Тадук айыыдук мучун. Айкал, айкал! Нелтэн буган гэлэлкэн онни. Айкал, айкал, айкал! Хэй бав-а! Орто дойду аллахапчи илан томколкон буды хэбихэ-ухидив хиегилэнникэн, токтотолда! Айыы бэйэлтэн, он тэгэтчэх? Ибгат тэгэттэп, хину алачиддап. Яв-да эхэм иттэ. Бэкэчэн ибга. Як-та ачча. Айкал, айкал, дэргэл, дэргэл, кукук кустит, кукук кустит! Окатандял, кадарандял мухантан эртэки олда [эмнилдэ]!

2. Шаманка сидит в своем пологе (описание камлания женщины-шаманки).

Анна старуха в пологе своем сидела. Шаманка сначала выходит на улицу, затем входит в юрту, горячий [уголь] съедает, потом садится [и говорит]: Иа-иа-иа-иа-иа! Потом ее одевают в одежду два человека. Потом дают ей ее бубен. После этого шаманка приказывает своему духу-арингка: Иа-иа-иа-иа! Дух-хозяин моего бубна, звени, греми! Духи-хозяева основания-чора [моей юрты], колотушку дайте! Табачку покурите! Эй, вот он, кури! Кав, иккав, иккав, иккаккав! Покурив, посмотри, что хорошее, что плохое!Ф Покурив, прекращает она. (Продолжает петь - авт.) ФИду я, иду я. Один злой дух-арингка пришел, эй, эрэ, эрэ, эхэ, эхэ-э! Шаманка смотрит, где идти. Эта женщина, после того, как он (дух) придет, выгнув спину назад, шаманит-поет, а человек-владыка, пришедший посмотреть на камлание, после того, как он (дух) придет, танцует.

Потом она поднимается к божеству-айыы. Еду имеющий дух-хозяин шаманского пути, открыв, дай! На шесть (в немецком переводе Уна девятьФ) ступеней поднимается она, (говорит) УЧеловека мира дневного в мир дневной веду я! Ие-ие-ие, шаманка, где ты идешь. Вот котел, мне (все вещи) собери, это мне, мне! Я не отдам сына моего Божества! Айкал, айкал, дергэл, дергэл!

Потом она возвращается от божества-айыы. Айкал, айкал! Солнечная страна просветлела. Айкал, айкал, айкал! Хэй, хороша погода! В Орто-дойду - среднем мире, пестрым сплетенным из трех веревок из конского волоса арканом ... (меня) остановите! Люди божества-айыы, как вы живете? Мы хорошо живем, тебя ждем. Я ничего не вижу. Все хорошо, ничего нет. Айкал, айкал, дэргэл, дэргэл, кукук кустит, кукук кустит! Больших рек, больших скал духи-хозяева, сюда станьте! (приходите!)

3. Хаман олбоктуй тэгэттэн (S.38-39).

Элбэку муханни, элбэку муханни, [онки тикукэндикэх!]. Таллан куогахкачин, дер умталав хэтив, кэнчэв одиках! Киририк-киририк- киририк, трурук-трурук-трурук, манФаяндя бидэкун, нандандяв аталлилда! Ырах муора ондиван эмулдэ! Кадар окат ондин-гу? Огудэ аринФка хунадин чикэнни бидин-нюн? Кадар окат ондин, кав, кав. Аик, айкал, айкал, айкал, дергэл, дергэл, дергэл, гилталли айыыякан, илэ-тала неркэкэн, кукук кустит, кукук кустит, кукук кустит, кэк, кэк, кэк, киририк-киририк- киририк, трурук-трурук-трурук, чук чук чук, чугуйук чугуйук чугуйук, какак какакак какак, хиек хиек хиек!

3. Шаманка сидит в своем пологе (изложение содержания камлания женщины-шаманки).

УДух-хозяин полога, дух-хозяин полога, [на спину упадешь!], У меня, как у пестрой гагары, два яйца [у шаманки две помощницы, которые она так называет], не сделай им зла! Киририк-киририк- киририк, трурук-трурук-трурук (подражания крику разных птиц - Авт.), большой яловой важенкой мы станем, шкуру с нее снимите! Воды с дальнего моря принесите! Это ли вода скалистой реки? Злого духа верхнего мира дочери моча это, может быть? Это вода скалистой реки, кав, кав. Хорошо, айхал, айхал, дергэл, дергэл, дергэл, Светлое божество айыы, там и тут мир (твой), кукук кустит, кукук кустит, кукук кустит, кэк, кэк, кэк, киририк-киририк- киририк, трурук-трурук-трурук, чук чук чук, чугуйук чугуйук чугуйук, какак какакак какак, хиек хиек хиек! (= подражания крику разных птиц).

4. Хаман тэрилэн эрбэчин (S.40).

Хаман нФяски тикрэкэн, нада бигрэн огух. Тадук хаман хэпкэгэрэн эхничэ бэйдук аринФкав. Тарав аринФкав нФяхки нФэнуврэн аринФка этикэнду огух ойдун увканикан. Тадук тала ихриди, нэнФмэккэрэр. Хаман гоннФэн дюллэ: ФЭр бэйэнФэн бут бэйэнФур дептэй некрэн, тигэми элэ эмурэмФ. Тадук аринФка улгимин: УТавур хаман адит гон?Ф Тадук аринФка гонни:ФАдитФ. Тадук нян улгимин:Ф Ягай дептэй некэнни?Ф АринФка гонни:ФДебэмэлми дептэй некривФ. Тадук хяттар.

Хаман огилэ ойчиракан, нада бигрэн чукучан. Хаман эхничэ бэй хайаман хэпкэниди, огилэ нФэнуврэн айыыла. Тала хэпкэмкэнФнэн, таракам аринФка эхни баккаран. Таракам эхничэ бэй ай один. Тала гонФнэн эчин: ФНелтэн хутэн хайман хэпкэлдэ!Ф Тала хэпкэгэрэр, ибгат инникэн нФалбан бодэлбан, бэилбэн иккэрэр (иткэтэр) ибга-гу, кэнели-гу гоникэн.

Некоторые действия шамана (описание камлания, связанного с лечением больного).

Когда шаман спускается (досл. падает) вниз, ему нужен огус-бык. Тогда шаман вылавливает злого духа-арингка из заболевшего человека. Того злого духа вниз увозит человек, на быка-огус посадив верхом. Так туда добравшись, начинают спорить (состязаться - авт.). Сначала шаман говорит:Ф Этот человек нашего человека съесть хотел, поэтому я сюда его привезФ. Тогда злой дух спрашивает:ФЭто шаман правду сказал?.Ф УЗлой дух отвечает:ФПравдуФ. Тот опять спрашивает:ФЗачем ты его намеревался съесть?Ф Злой дух говорит: ФПроголодавшись, намеревался съестьФ. Потом его стегают ветками.

Когда шаман поднимается вверх, ему нужна птица. Шаман, поймав душу больного человека, привозит ее к божеству-айыы. После того, как он ее поймает, злой дух больше не может ее найти. Тогда больной человек выздоровеет. Потом (шаман), говорит:ФДушу сына солнца ловите!Ф. Там ее ловят, хорошо смотря, руки его, ноги его, все части его тела смотрят, и говорят, хорош ли он, плох ли он.

7. Отрывок заклинания, призывающего духов-хозяев местностей (S.45).

•